Юрченко николай знакомлюсь 46 лет

§ Долина страха. Книга катастроф. Чудеса мира в восточных космографиях

юрченко николай знакомлюсь 46 лет

Это экстремальное путешествие заняло у него более двух лет. знакомишься и, можно сказать, "трогаешь" быт и культуру людей. Елена Юрченко. 47 лет, Стрелец. Краснодар. Онлайн. Найти больше анкет. Простой и понятный сайт знакомств по фото который объединяет. Газета основана 15 февраля года Еженедельник 46 (16) пятница, 16 ноября и водитель Николай Рыков В рамках реализации ведомственной целевой . Об этом доложил Губернатору Василию Юрченко министр сельского Мне 18, есть доча, 2 года Познакомлюсь с парнем лет для с/о Пишите.

Вы не поверите: нашли бесплатное жилье в Самаре к ЧМ

В зрелом возрасте о себе говорил: А еще он хорошо пел. На моей памяти, голос у него был бас мягкий — бархатный. Выше среднего роста, широкоплечий, тучный брюнет с копной прямых волос, он был похож на матерого медведя. Ровная, не торопливая речь, спокойный, покладистый характер добавляли ему солидности. Дед мне о нем рассказывал: Как-то раз задрались гусаки — наш и старостин. Андрюха схватил старостиного гусака за крылья и придержал, пока наш гусак надавал тому тумаков.

Андрей напугался и даже заболел. Я хотел отомстить старосте, но соседи отговорили. Черт побрал бы того старосту! Мои братья и сестра отца звали тятя. До начала учебы в школе до года я тоже звал его тятей. Я быстро к этому привык. Отца призвали на защиту Отечества. Пару месяцев в Омске промуштровали и в товарных вагонах привезли на Юго-Западный фронт в армию Брусилова.

Весной года, по подступах к Кракову, будучи стрелком в пехоте и, находясь в передовом отряде дивизии, отец был тяжело ранен пулей в правое бедро и пленен австрийцами. К счастью рана была сквозная и кость не раздроблена.

Подлечили его австрийцы и продали польскому пану. В плену отец находился до конца года. После Октябрьской социалистической революции, в декабре года отец был освобожден из плена и в январе года вернулся к семье. Радостно встретила отца большая семья.

Беременной была мама, провожая отца на войну. Несказанно рад был отец, обнимая сыновей и дочерей, особенно родившихся без него малюток Ксюшу и Настеньку.

Близнецы были так похожи, что даже родители часто путались, называя Ксюшу Настей, а Настю Ксюшей. Рыжие лепетуньи засыпали отца вопросами, лишь только переступал он порог: А почему ты колючий? А когда ты принесешь нам живую белочку? А почему от тебя пахнет дымом? Вел агитацию среди русских солдат-военнопленных и бедных польских граждан о необходимости прекращения войны, о братании солдат, о заключении мира с Австро-Венгрией и Германией.

В Сибири в году хозяйничали банды Колчака. Отца, как члена РСДРП, опытного воина и надежного товарища, вовлекли в Ларионовский партизанский отряд, в составе которого он до осени года вел борьбу с колчаковцами. Отряд скрывался в окрестных лесах, нападал на обозы и мелкие группы врагов. Потому и не брился отец и пахло от него дымом партизанского костра.

После разгрома колчаковцев, отряд расформировали. Уже в начале тридцатых годов, когда отец и брат Егор жили на Алдане, зимней ночью к нам на хутор явился мулла из соседней деревни Устьтамак.

Под тулупом у него болтался маузер в деревянной кобуре. Он требовал от деда и мамы отдать ему винтовку. Едва уразумели его, что винтовку отец давным-давно сдал в ОГПУ. Позднее мы узнали, что мулла Зайнюк был арестован и предан суду за антисоветскую и антиколхозную агитацию, за незаконное хранение боевого оружия. Ленинская Новая экономическая политика НЭПв свое время, оживила село.

Крестьяне начали покупать конные косилки, жатки, плуги, грабли, молотилки, веялки. Наша семья, в складчину с соседями, тоже обзавелась этим сельскохозяйственным инвентарем.

Братья, окончив 4 класса, стали хорошими помощниками отцу. Летом года женился старший брат Фома. В жены взял красивую, статную, умную и работящую девушку — Евдокию Денисовну Леонову — из деревни Чиганы. На свадьбе было много гостей, вина, домашнего пива, вкусной еды, музыки, плясок и песен. В детстве у меня была хорошая память.

Братья читали мне из настенного календаря стихи. Я быстро их запоминал. Особенно любил стихи Некрасова. Достаточно было прослушать два — три раза и готово — запомнил. На свадьбе мне очень понравилось, как играл на гармошке зять Алексей Максимович Бородин и на скрипке Антон Разгуляев.

Подвыпивший дядя Федор Кононович Дулаев поставил на стол табуретку, а не табуретку меня, потребовал тишины и приказал: Я в ответ говорил, что это они — братаны меня научили.

Оказалось больше пяти рублей. На них купили мне ситец на рубашку и штаны и первые настоящие ботиночки. Я хвастался покупками в деревне и в соседних хуторах Войцеховских, Мигелей и Лосенковых. Отец на свадьбе был запевалой. Коронной была песня о Ермаке. Хоть и хорошо было на свадьбе, а песни пели грустные. После свадьбы братья начали строить пятистенный дом для новой семьи Гришмановских — Фома и Евдокия. Отец и братья каждую зиму работали на лесозаготовках.

Для своего дома выбирали самые лучшие боровые сосны и звено за звеном прибавляли к срубам. Каждое утро братья пилили на козлах доски для пола, балки и плахи для потолка, тес для кровли. Хорошо наточенная, тяжелая продольная пила, в молодых, здоровых руках братьев пела: Крупные опилки летели к ногам того, кто стоял под козлами и дергал пилу. Тот, кто стоял на козлах, на пилимом бревне, уставал меньше.

Он только выдергивал пилу вверх и направлял по разметке. Однажды в морозное осеннее утро братья вышли на пиление. Для обогрева рук рядом с козлами развели костерок. Дым поднимался прямо в небо. Вдруг в окно постучал Егор и позвал. Спросонок я не понял. На березе сидели лесные красавцы — глухари, прилетевшие на дым костра, поклевать угольков. Я принес ружье и подаю Егору. Мое лицо обдало пороховым дымом из капсюльки. Бросив ружье, я заревел. С криком радости ухватил глухаря за шею и потащил в хату.

На пороге встретила Мама и, то ли с радостью, то ли с упреком сказала: С полем тебя Колюня! Переполненный радостью, прибежал я к братьям, поднял ружье, тщательно отряхнул его, положил на плечо, как грабли и торжественно зашагал в хату. Мама уже ощипывала глухаря, а я разделся и принялся протирать отпотевшее ружье. В году на моей малой родине случилось наводнение. Иртыш вышел из берегов, затопил всю свою пойму, принес огромный вред полям и лугам.

Под окнами нашей хаты плескалось большое озеро. Баня, построенная в двухстах метрах от хаты, на берегу Малой Ушайры, была затоплена. Чтобы истопить баню, дрова Егор привез на лодке. В предбаннике веслом прибил две водяные крысы. Он по утрам объезжал на лодке огород, острогой колол щук весом до пяти фунтов.

В баню шли по воде, взрослым по колено, мне — выше пояса. И все таки помылись, а дед и отец даже попарились. Ловили ее кто чем. Солили, вялили, сушили, запасая на зиму. Скот денно и нощно пасли в лесу, охраняя от диких зверей. У соседей — Трошковых медведь задрал молодую телку. А у нас рыжий мерин по кличке Анчут, строптивый такой, отбился от табуна и у Черного яра на него напал медведь. Насел коню на круп, а до горла добраться не смог.

Сильный конь приволок медведя в деревню, и только когда, разбуженные ржанием люди закричали, медведь отпустил его и скрылся. Его обменяли на годовалую кобылку. Анчута татары зарезали на махан, к своему празднику Курбан-байрам. Все жители деревень и хуторов ловили рыбу, собирали ягоды, грибы, добывали кедровые орехи. Мне работы было по горло: В один из зимних вечеров в нашей семье зашел разговор о домовых, леших, русалках и чертях.

Дед, отец и братья, щипая штукатурную дранку, рассказывали одну историю страшнее. Мама ворчала на них, чтобы не пугали меня небылицами. Мальчишки начали делать деревянные сабли и играть в Чапаева. Всем пацанам хотелось иметь папаху. В магазине Сельпо папаха из искусственного каракуля стоила около семи рублей. Мне казалось — сбывается моя детская мечта. И, получив заверение в серьезности обещания, схватил коробку спичек и выскочил из избы. А на дворе буран, аж с ног валит.

До бани двести метров. Вот миновал я дом и огород Трошковых, дальше пустырь. Здесь и волчара может шляться. Собаки надежные, с одним волком справятся. А если волков два или стая?.

Эх, напрасно косарь не. Но вот и баня. Приподнял щеколду, толкнул дверь. Мальчик в мгновенье вскочил в предбанник, Белка осталась караулить. Прикрыл дверь, зажег спичку, прислушался. Никаких звуков, кроме завывания ветра. Рванул тяжелую дверь, а она не открылась. Несколько раз ударил ногой в дверь и зычным голосом закричал: Откройте дверь, отдайте белье!

И о, чудеса — дверь медленно, со скрипом, открылась. Я замер… Спичка погасла. Нет там никаких чертей, их вообще нет на свете. Я зажег еще спичку, заглянул за каменку, под полок, в бочки для горячей и холодной воды, снял с шестка мамину ночную рубашку, кальсоны отца, деда, братьев, свои кальсоны и рубашку, вышел в предбанник. За мной вышел Мальчик и тявкнул.

Вышел из предбанника, закрыл дверь на щеколду, поправил белье, чтоб не растерять и сначала медленно, затем все быстрей и быстрей зашагал, а потом и побежал домой. Теперь впереди бежала Белка. Мальчик охранял меня сзади. Запыхавшийся врываюсь в хату. Мама уже одетая — собралась меня встречать. Белье бросаю на пол. Выкладывайте заработок — уговор дороже денег.

Отец подозвал меня, погладил по белым кудряшкам, похлопал по спине и своим мягким басом молвил: Через неделю отец привез обещанную папаху, а еще и карманный фонарик с плоской батарейкой. Радости моей не было границ. Я сам выстрогал себе две сабли: Ходил по хутору и кромсал снежные сугробы и придорожный бурьян.

Долгое время ни у кого из ребят не было папах. У отца, от полученного ранения, правая нога плохо сгибалась. Русские печи и голанки, сложенные им в годы Великой Отечественной войны, стоят, работают и не дымят. Мерилом мастерства для него были: Вся мебель, а так же окна и двери, красивые наличники, телеги и ходок легкий фаэтонсани, лыжи, лодки, бочки для воды и солений, все было сделано его руками.

В Сибири каждый клочок пахотной земли приходилось отвоевывать у тайги. Из сосновых гнали смолу, из березовых — деготь. В смесь смолы с дегтем добавляли рыбий жир и получали хорошую смазку для тележных осей. Наши телеги не скрипели. Колесные втулки, спицы и обода отец и дед делали сами, а шины из железной полосы делал и натягивал кузнец Войцеховский Мигдон Иванович мастер золотые руки. Он то и посоветовал отцу выбрать место для поселения за речушкой Тевриз, впадающей в Малую Ушайру.

Конфигурация этого полуострова на самом деле напоминала голову медведя. Из рассказов мамы помню. Крестили меня в Ларионовской церкви в день зимнего Николы 19 декабря года.

Нагрели воду для купели больше нужной температуры. Я заорал во всю мочь и вцепился в волосатую руку попа. Стоявший близко отец схватил, вырвал меня из поповских рук со словами: С трудом сдержали и угомонили его присутствующие. У крестной, к счастью, при себе оказался пузырек с льняным маслом. Натерли меня этим маслом и спасли. Однако, две недели я хворал от горячей купели. Уже в тридцатые годы родители иногда вспоминали о дне моего крещения, славили куму Настасью Григорьевну.

Кстати, не смотря на болезненное состояние, прожила она больше ста лет. Может быть потому, что ее любимым лекарством были капли Датского короля. Этими каплями она часто делилась с моей мамой. Пахотной земли у хуторян было мало — по гектару на человека. Основой хозяйств было скотоводство и огородничество.

Деревня и хутора пастбища огораживали забором из жердей. Лошади, коровы, овцы и гуси паслись на заливных лугах самостоятельно. Для свиней делали отдельные поскотины. Прямо за огородами начиналась тайга. В тайге много мелких зверюшек бурундуки, белки, горностаи, колонки, соболи, зайцы ; средних зверей лисы, еноты, барсуки, росомахи, рыси, на речках бобры, выдры ; крупных зверей волки, медведи, дикие олени, лоси и конечно же лесных птиц рябчики, куропатки, тетерева, глухари в полях и лугах перепелки, на озерах, речках и болотах — утки и кулики.

На островах большого таежного озера Артеев каждое лето гнездились дикие гуси и журавли. Леса этого благодатного края полны ягод и грибов. Но самое ценное на моей малой родине — кедровые орехи. В таежных деревнях и хуторах они самый наипервейший продукт. Все сельские мальчишки и девчонки хорошие Лазуны по кедрам. Я тоже не был исключением. Каждое лето ты заготавливали на зиму много грибов, ягод и орехов.

Не помню в котором году был очень хороший урожай кедровых шишек. В один из августовских дней сноха Евдокия Денисовна Дуня позвала меня сходить за шишками на острова чистого болота, за речкой Киневат. Взяли берестяные кузова для шишку, туяс с квасом, по ломтю хлеба и в путь. Долго шли знакомыми тропами и, наконец, вот он кедрач.

юрченко николай знакомлюсь 46 лет

Я влезаю на кедры и стряхиваю с ветвей шишки. Дуня собирает их в кузова. Вот уже кузова полны. Я сижу почти на вершине кедра. Поднялся еще метра на два, трясу — бесполезно. Я вцепился руками в верхушку и закрыл. Казалось, я лечу целую вечность… и плюх! Открываю глаза и вижу красивое лицо Дуни в слезах. Она своим головным платком машет над моим лицом, отгоняя комаров и мошек. Чувствую под задом сырость и прохладу.

Поворачиваю голову направо и вижу — рядом березовый пенек. Мгновенно представляю, что было бы, если бы упал на него, и теряю сознание. Палками сбили ее и, отдохнув, отправляется в обратный путь. Полные кузова тяжелы, мы часто отдыхаем. На подходе к дому, Дуня меня просит, чтобы я никому не рассказывал о падении с кедра. Я даю слово молчать, как рыба. Дуня, накормив его грудным молоком, уходила работать по дому, в огород и даже в поле, я с удовольствием выполнял роль няньки.

Малыш гулил, улыбался и даже смеялся я строил перед его лицом смешные рожицы. Когда Линька так звали его все начинал плакать и чмокать губами, я звал Дуню, чтобы она его накормила.

В хате, к потолочной балке было прикреплено железное кольцо, в которое вставлена березовая жердь. К одному ее концу подвешена люлька. Это деревянная рамка, обтянутая грубым полотном, что-то вроде гамака. Жердь, пружиня, качала уложенного в люльку ребенка. В один из сентябрьский дней вся семья уехала в поле, убирать толи ячмень, толи овес, а может быть лен теребить тот польский лен, семена которого отец привез из под Кракова. Я остался нянчить Линьку.

Сытый пацан спал, почмокивая губами. Но вот он проснулся, завозился, пискнул, чтобы на него обратили внимание видно он был мокрый и проголодался и заплакал. Я подошел к люльке, достал из-под подушки соску и вставил Линьке в рот.

юрченко николай знакомлюсь 46 лет

Некоторое время он сосал ее, но поняв, что она пустая, заревел вовсю мочь. Чтобы успокоить малыша, я усиленно качал люльку вверх, вниз, в стороны. Брать ребенка на руки мне не разрешали.

Тогда я опустил люльку пониже, навалился на нее, и напевая: И вдруг, кольцо оторвалось от балки, люлька с малышом шлепнулась на пол, я придавил Линьку, жердь ударила меня по спине и голове. Отбросив жердь, я пытался поднять малютку, но вспомнив запрет, стремглав бросился в поле за Дуней.

Хату даже не запер. Почти на полпути к месту работы взрослых меня догнала наша собака Белка сибирская лайкаобогнала и злобно залаяла. Дуня издали заметила меня и бросилась на встречу. С ревом я сообщил ей жуть. Подбегаем к хате — тишина. У меня сердце оборвалось: Вбегаем в хату и видим: Дуня хватает сына на руки и, уже с доброй улыбкой говорит, показывая на Белку: Ты — мужичок с ноготок.

Я стоял в углу между печью и дверью. Стою в углу, молчу. И так мне обидно. Не я виноват, что люлька оборвалась. В середине обеда Фома говорит: Дед хмыкнул и говорит: Все дружно засмеялись, а мне обидно — болит затылок и спина от удара березовой жердью. Дуня вылезла из-за стола, подошла к деду, поцеловала в висок и попросила: Дед мазнул рукой и молвил: Он в семье был главный, вроде генерала, прокурора или судьи.

Ведь ему было уже 85 лет. В один из длинных, зимних вечеров, когда деда не было дома, он гостил у своего младшего сына Павла в селе Плотниковоотец рассказал.

В молодости тата был чудаком. Однажды, это было еще в Белоруссии, поехал он в соседнее село на мельницу. Встретил там друга детства. Раздобыли самогонки, выпили и крепко уснули. Тогда друзья решили остановить мельницу. Ухватились за деревянные брусья перекрестия над жерновом. Но не тут то. Тяжелый жернов, вращаясь, отшвырнул чудаков. Да так, что мой родитель, падая кряхтел, ругался и хватался за левый бок. Это храбрость привела к поломке двух ребер у таты и синяков на боку у его приятеля.

Больше года тата провел в корсете из марли и гипса, наложенном себежским фельдшером. При очередном посещении бани я разглядывал глубокую вмятину на левом боку деда, и расспрашивал: Дед отмахнулся и буркну: Не хотел он вспоминать о своей храбрости. В котором году это было, точно не помню, в или Наложил на розвальни высокий воз сена, увязал бастриком, с трудом залез на воз и тронулся в обратный путь.

При переезде через ручку Тевриз по льду, сани занесло в раскат, поз опрокинулся, дед упал и получил перелом правого бедра. Выручили соседи Трошковы Иван и Андрей. Они тоже ездили за сеном. Подняли воз и привезли деда домой. Вернувшийся из леса Фома, привез из Знаменской больницы фельдшера, который наложил на ногу деда гипс. Фельдшеру не удалось точно составить сломанное бедро. Около двух лет дед ходил с костылями. Нога у него стала короче на два сантиметра. Неутомимый дедуня заметно хромал, но наравне с отцом, работал: В подъезде, под крышей, у него была целая аптека мешочки с сущенными корнями и травами, с чагой.

Сколько я помню, дед пил чай только с чагой и травами. Там же он сушил, развешанный на веревочках, табак, из которого готовил махру смесь листьев с измельченными стеблями. Однажды, когда деда не было дама, я поднялся в дедову аптеку и обалдел… Там на настиле из жердей стоял белый гроб, обвешенный со всех сторон стеблями табака.

Я примчался в хату и говорю маме: Что ты мелешь, - говорит мама. Пришли в подъезд, поднялись по лестнице на настил. Мама, увидев гроб, успокоила. Давай стамеску, откроем, посмотрим, что. А там на половину лучшие вяленные листья и очищенные стебли табака.

Село Качуково татарское, но престольный праздник в нем был Петров день. Праздновали его и мусульмане, наравне со своим Курбан байрамом.

За праздничным столом выпивали: После завтрака, дед покурил свою трубку, взял корзинку и отправился в лес. Идет не торопясь, собирает чернику и гоноболь с вдруг слышит фырканье. Подошел ближе и видит: Поставил дед корзинку, тихонько подходит.

А мишка увлекся своим делом, углубился в муравейник, только зад торчит. Расставил дед ноги и продвинулся над медвежьим задом, да как кашлянет: Взревел медведь, влетел в чащу молодого березняка, поливая траву кровавым поносом, а дед держит его за уши, не дает повернуть голову. Наконец, нырнул косолапый в густой ельник и смыл деда со спины.

С ободранными руками и лицом, в разодранной ситцевой рубахе, вернулся дед домой. Я на медведе катался, - отвечает дед. Это медведь меня в чащу завез, - отвечает дед. Егор собирает клочки шерсти со штанов деда и подает отцу. Понюхав шерсть, отец молвил: Мать, давай герою чистую рубаху. Умылся дед, смазал царапины на лице и руках гусиным салом и сел к столу. Об этой истории вскоре узнала всю округа.

При встрече с ним взрослые почтительно здоровались, спрашивали о здоровье. Я гордился своим дедом. В году, при перевозке сена, на той же речке Тевриз, дед упал с воза и получил открытый перелом правой голени. На этот раз он четыре недели лечился в Знаменской районной больнице, и около двух лет передвигался с помощью костылей.

В результате двух переломов и неудачного срастания костей, его правая нога стала на пять сантиметров короче. Дедуня сильно хромал, ходил мало и только с клюшкой собственной работы. Не смотря на годы и увечья, дед не хотел отставать от молодых мужиков. Ездил на сенокос и уборку сена: Однажды, во время стогования, поднялся порывистый ветер.

Захватит дед вилами полкопны, подымит на длинном навильнике, чтобы бросить на стог, а тут порыв ветра швырнет пласт в другую сторону от стога. Ветер, как шальной мальчишка, издевался над старым тружеником — налетал с разных сторон. Дед нервничал, ворчал что-то себе под нос, а когда внезапный порыв ветра повалил его, вместе с поднятым пластом сена — вскочил, выставил вилы навстречу ветру и злобно прокричал: Мне уже доверяли подтаскивать копны к стогу, сидя на Серке без седла.

За день я так натирал свою попку, что ходил в раскоряку. А ветер будто услышал дедову угрозу, ослабел и вскоре перестал. Мы благополучно завершили большой стог. Вицами из тальника Егор обложил верхушку стога, чтобы ветер не раздул. Мы запрягли Серка в телегу и поехали домой. В дороге Егор спрашивал деда.

юрченко николай знакомлюсь 46 лет

Я шибко обиделся на ветер, он спужался и перестал дуть. Дальше всю дорогу ехали молча. Дед во всем любил порядок. Топоры, ножовки, коловорот, тесло — все у него было наточено, смазано и разложено на полках в подъезде, каждая вещь на своем месте. Он никогда не искал нужный инструмент — приходил, брал, работал и клал на место. Иногда отец, Фома или Егор брали его инструменты и не ложили на место.

Выходя утром из хаты, дед проверял: Каждую вещь потрогает руками: Если у поленницы выступает полено, возьмет топор и обухом подправит, чтоб поленница была ровная. Вот таким педантом был мой дед. Мне нравилась в нем эта черта характера. Детей и внуков своих воспитываю на примере моего деда Ивана Фомича. К зиме года дед сделал мне саночки. Полозья и сотов из молодых березок.

В саночках не было ни одного железного гвоздя. Горок для катания в хуторе не. Я ходил в Качуково и там катался с крутой горы от кладбища Ермака и от дома Моцаль Виктора Матвеевича. У меня это получалось лучше, чем у других ребят, даже на большой скорости. Братья Вайцеховские и даже Саня Трошков завидовали. К какому-то зимнему празднику родители уехали в Чиганы и Любанку, аж на неделю. От ежедневного многочасового катания у меня на заднице протерлись штаны.

Я просил деда починить, но он на отрез отказался, сказал: А мне так хотелось кататься, и я обратился к Егору. Брат был в веселом настроении. Взял и пришил к моим штанам, вместо заплаты, свою старую рукавицу, большим пальцем кверху. А там полно и ребят и взрослых. Малые и взрослые смотрят, смеются, а я не понимаю в чем. Подходит мой сосед — наставник Саня Трошков — и громко, чтобы все слышали, спрашивает: Все хохочут надо.

Берет мою руку и прикладывает к тому месту, где болтается палец. С обидой возвращался домой. Дед увидел меня и тоже захихикал. А мне хоть плачь. Снял я штаны, отпорол рукавицу и бросил в железную печь — сжег. На следующий день, за завтраком, Егор давился от смеха, радовался своей глупой шутке. Я терпел-терпел и по взрослому изрек: Не стал я жаловаться родителям. Они узнали от соседей и крепко отругали Егора. Со временем это забылось… Прошло с тех пор больше пятидесяти лет.

Как-то в Навои, за праздничным столом, Егор вдруг вспомнил свою юношескую шалость и рассказал о ней присутствующим. Все от души посмеялись. А Егор у меня попросил прощения и конечно же получил.

Моя мама сказала, что я еще мал, мне исполнилось всего шесть лет. Я плакал и умолял записать, но получил ласковый, но твердый отказ: В субботу приехали с лесозаготовок отец и братья. Я начал уговаривать братьев, чтобы помогли мне поступить в школу. Как же я мог сидеть дома, когда все мальчишки и девчонки будут ходить в школу. Братья, мама и дед отговаривали, отец молчал.

Тогда я сам решил пойти в Сельсовет и записаться. Когда мужиков не было дома, а мама работала в огороде, я надел ситцевую рубаху, синие штаны из домотканого полотна, обул уже тесные ботиночки, нахлобучил новую кепку Егора и отправился в Сельсовет. Иду и думаю, как же убедить взрослых, что я хочу учиться. Захожу в единственное в Качуково двухэтажное здание почерневший бревенчатый дом.

В большой комнате на первом этаже много столов. За ближним к двери сидит секретарь. У стола председателя татарка и два молодых парня, с виду тоже татары. Женщина нервно обвиняет парней в чем-то, показывая на черного, как цыган, волосатого парня. Я стою поодаль, смотрю и слушаю, но ничего не понимаю. Говорят по-татарски, а я знаю всего несколько слов. Жду, когда уйдут эти трое. И вот из-за стола поднялся председатель и, сильно хромая, вместо правой ноги у него деревянная колодка подошел к парням, потрогал одного за волосы, другому дал легкий подзатыльник, топнул деревянной ногой и сказал: Подождав, пока председатель сядет за стол, я подошел ближе, поздоровался и не знаю с чего начать разговор.

Не задумываясь, я выпалил. Алей Михеевич, запишите меня, пожалуйста, я очень хочу учиться. Читать и писать я уже умею. Считаю до ста, даже по-вашему — по-татарски. Суровый председатель улыбнулся и говорит. Я быстро начал считать. Мне японский снаряд ногу оторвал и оглушил. Аплодируя, сказал председатель, - иди, скажи секретарю, чтоб записал, я разрешаю.

Подошел к секретарю и говорю. Секретарь недоуменно поднял плечи, дескать, мал еще, но Алей Михеевич утвердительно мотнул головой и сказал: Я, ничуть не смущаясь, настаиваю. Я очень хочу учиться. Записывайте, Вам же Алей Михеевич велел.

Взял тетрадь с зеленой обложкой, записал меня и велел первого сентября прийти у школу, к восьми часам, без опоздания. По пути зашел к крестной, к Войцеховским и Трошковым, похвастал, что приняли в школу.

Мама сшила из грубого домотканого полотна сумку с клапаном на пуговице и ремешком через плечо, купила две тетради одну в линейку, другую в клеткукарандаш, ручку с пером, чернильницу с пробкой, пенал для ручки и карандаша. Букварь и Родная речь у меня уже. Их содержание я знал почти наизусть. Все было аккуратно уложено в сумку. За ужином все меня напутствовали. Если не знаешь, так и скажи: Если кто обидит, жалуйся учителю. Дед вылез из-за стола, набил трубку махрой, задымил и говорит: Я вот с малых лет курю, потому такой худой, зубы потерял, часто хворею.

Накануне первого сентября спал плохо — боялся проспать и опоздать в школу. Утро было ясное, но прохладное. По небу плыли редкие, пушистые белые облака, словно лебеди не весеннем разливе нашей Малой Ушайры. Тихо умылся, оделся, обул тесные ботиночки, позавтракал, надел через плечо сумку, выскочил со двора, иду под окна соседей и зычным голосом зову: Щелкнул засов, открылась калитка, вышел заспанный Санька.

Одет в коричневую сатиновую рубаху с поясом, коричневые вельветовые штаны, на ногах, пахнущие дегтем сапоги, на голове черный картуз. Пошли пацан, - говорит Саня и берет меня за руку. Я выдернул руку и недовольным баском, подражая тяте, говорю. Так, что я иду в третий класс. У кузницы к нам присоединились Войцеховские: Мишка, Петька, Виктор и Манька. Шумной ватагой шагаем мимо смоляной и дегтярных ям. Некоторые из них дымят. Идет мимо мазарата татарского кладбища и вот мы уже в деревне.

По проулку выходим на главную улицу, поворачиваем направо, идем мимо высокого крыльца кооперации магазина и вот она — Школа. Школа — большой, бревенчатый пятистенок, под тесовой крышей. Четыре окна смотрят на улицу. Вход со двора, высокое крыльцо с дощатым тамбуром.

Из школы доносятся голоса. Входим и видим Лену и Нюрку Лосенковых с дальнего хутора. Здесь Ольга и Поля Моцаль с окраины деревни. Справа, рядом с окном черная доска, разделенная пополам белой полосой. В соседней комнате обстановка такая. Возбужденно разговаривая между собой, приходят парнишки и девчонки — татары. От Саниных сапог сильно пахло дегтем. Контакт с татарчатами установлен.

С улицы доносится крик девчонки: Все столпились у столов, освободили дорогу учителю. Нас набралось человек сорок. Вошел мужчина лет тридцати, худощавый, высокий так мне показалосьв сером полувоенном костюме, в блестящих сапогах, с выбритым до синевы лицом. Прямые черные волосы тщательно зачесаны от лба к затылку. В руке портфель, за правым голенищем длинная линейка.

Прошел в другую комнату, стал у черной доски и не слишком громко, но так, чтобы все слышали, сказал: Вместо ч, он произносил ш. Поднялся такой галдеж, что я заткнул уши. Учитель заметил меня, подозвал к себе и велел повторить.

Я по слогам громко произнес: А учитель похлопав меня по плечу и говорит: Учитель сел на табуретку у торца стола, вынул из портфеля журнал, ручку и чернильницу-непроливашку и долго, и тщательно, записывал всех подряд и татарчат и русских. Затем рассадил нас по классам.

В первой комнате по одну сторону стола первый класс, по другую — второй. Во второй комнате по одну сторону стола — третий, по другую — четвертый. Слева от меня сидела татарочка Рашида, справа татарчонок Нурмухамет. Рашида была такая же маленькая, как я, но страшно неряшливая. Волосы растрепаны, она то и дело чесалась ногтями: От нее пахло кислым молоком.

Я все время отодвигался к Нурмухамету. Он был опрятный парень, на голову выше меня, но не зазнайка. Сам предложил мне дружить: В первый день учитель проверил, все ли у нас есть для учебы, и кто из первого класса умеет читать, считать и писать. Он повелел нам при встрече с взрослыми здороваться, а родителей называть ласково: Те, кто не умели писать и читать получили задание на дом: После четырех уроков учитель нас отпустил, сказав: Я шел домой окрыленный, словно летел, не замечая, что ботиночки жмут.

Мама встретила меня ласково. Сразу усадила за стол, налила щей и кружку молока. Все, что там проходили, я уже знаю, Егорка меня научил. Мне было не интересно, но я познакомился с хорошим парнем. Когда вернулись с работы мужики и все сели ужинать, я рассказал о школе.

Укатувчи-оби, это по-русски — учитель. Учись правильно произносить татарские слова, да и русские. А Нюрка Лосенкова такая большая, а в первом классе. То что объяснял учитель я уже знаю. Теперь я буду всех звать ласково: А знаете, как мои ботиночки ноги жмут? А в чем помочь? Заработаем денег и купим.

Учеба мне давалась легко. Я внимательно слушал учителя и все запоминал. Дома почти не повторял пройденное — надеялся на память.

А когда учитель спрашивал, я вспоминал его рассказ или объяснение и отвечал его словами. Ему это нравилось и он ставил мне хор. А вот с чистописанием у меня не ладилось. Карандашом писал прилично, а пером коряво, угловато, криво, без нажима. Для помощи по чистописанию ко мне прикрепили Полю Моцаль. Я был влюблен в ее красивый, ровный почерк.

После окончания уроков, толстушка Поля вела меня домой. Мать Поли Кристинья Егоровна поила нас чаем с тыквенным вареньем или моченой брусникой, усаживала за большой полированный стол и уходила в другую комнату. Оттуда доносилось стрекотание швейной машинки. Егоровна так звали ее взрослые была лучшей портнихой в округе. Меня встречал Егор и довольно больно стегал ремнем, приговаривая: Каждый год в середине мая были экзамены: Я одним из первых сдавал письменные работы, без запинки читал не знакомый текст и почти дословно повторял прочитанное.

С хорошими оценками переходил в следующий класс. Весной года качуковские крестьяне начали объединяться в колхоз. Хуторяне в колхоз не вступали — не хотели вкалывать за ленивых и хитрых бедняков, первыми вступившими в колхоз. Хуторян — единоличников обложили таким натуральным налогом, что многие вынуждены были пойти в колхоз или лесхоз. Наша семья пошла в леспромхоз. У нас и у других хуторян отобрали сенокосилки, молотилки, веялки, конные грабли, даже плуг и бороны, якобы за невыполнение налога на мясо, молоко, зерно, шерсть, лен, яйца.

Лосенкова, Калинина, Мигеля, Скоморохова и Трошкова осудили к трем месяцам принудительных работ. Моему отцу присудили три месяца принудительных работ. Мама плакала, отправляя его в Пологрудово на заготовку ложе и лыже болванок. Я своим детским умом кумекал — твориться что-то не ладное. В июле мы с мамой ездили навестить папу. Целый день ехали по лесной, пыльной дороге. Жара, пауки и мошки роем на всем тридцатикилометровом пути. Передохнули в деревне Крапивка у Шабалина Михаила, покормили и напоили Гнедуху.

Здесь мне понравилась хозяйская дочь Даша. Она необыкновенно красива и приветлива. Угощала меня малиной и сладкой репой. Только к вечеру мы приехали в Пологрудово.

Я, наверно, потом два квартала бежал в одних носках, держа в руках куртку, ботинки и рюкзак. Что же касается Чемпионата мира, пока я предварительно согласился принять парня из Аргентины и еще одного паренька из Венесуэлы, но он учится сейчас в Казанском университете.

А вообще, пишут много разных ребят, есть даже из США любители футбола. Я сейчас со многими просто общаюсь по Whatsapp, в основном они родом из Латинской Америки и немного учат меня испанскому. С гостем из Нижнего Новгорода Алексей проехал на велосипеде 30 километров, посетив 13 стран.

Создать аккаунт на каучсёрсинге я решила пару лет назад, чтобы подтянуть разговорный английский. Но так случилось, что первым гостем оказался соотечественник.

Меня поразила его история: Алексей проехал на велосипеде 30 километров, посетив 13 стран. Это экстремальное путешествие заняло у него более двух лет. Он остановился у меня на несколько дней, и я поняла, что это уникальная возможность соприкоснуться с опытом человека, который оставил свою упорядоченную жизнь и отправился на край света. Этим же летом у меня останавливались двое итальянцев. Один из них - фотограф, приезжал снимать городскую архитектуру. Ему очень хотелось попасть на учебный аэродром СГЭУ.

Вы не поверите: нашли бесплатное жилье в Самаре к ЧМ-2018

Добрался он до кладбища авиатехники без приключений, но вот внутрь попасть никак не удавалось. В мессенжере я получила от него фотографию, сделанную на входе, и просьбу перевести график работы музея, который на самом деле оказался планом отключения воды на дачном участке. Второго итальянца больше интересовала экскурсия по барам и он рассказывал, что весёлые самарцы часто называли его Тото Кутуньо, на что он неизменно отвечал единственной выученной на русском фразой: На время Чемпионата мира планирую принять одного гостя - квартира небольшая.

Обещаю предоставить диван и обеспечить утренним кофе, проводить экскурсии, боюсь, времени не. Уже поступала заявка от колумбийца, но я отказала ему: Благодаря каучсёрфингу поездка по Европе была очень интересной Елена: Заинтересованность каучсёрфингом пришла ко мне буквально год назад, до этого я некоторое время состояла в AIESEC некоммерческой организации, занимающейся международными стажировками.

юрченко николай знакомлюсь 46 лет

Еще оттуда появилось желание знакомиться и общаться с иностранцами и постигать особенности культур путем личных встреч и общения через соцсети. Спустя некоторое время AIESEC в Самаре прекратил свое существование, и я искала другие пути выхода на привычное уже к тому времени общение с ребятами из других стран.

В это же время был в разработке маршрут путешествия по Европе, бюджетного, с рюкзаком. Хотелось познакомиться с местными, дабы проникнуться колоритом и увидеть город таким, каким его видят обыватели. Так и произошло знакомство с каучсёрфингом.

Он открыл мне двери не только во все города мира, где меня готовы гостеприимно принять, устроить экскурсию, да и просто вместе провести время и повеселиться, но и уверил в возможность путешествовать очень дешево, налегке и с удовольствием. Я останавливалась у ребят из Берлина, Лахти что в ФинляндииХельсинки, Таллине, Минске, и везде я находила в лице хостов новых друзей, разделивших эмоции от увиденного мною в поездках, сделавших дни в их городах незабываемыми и яркими.

Безмерно благодарна за это им лично и существованию каучсёрфинга как такового. Теперь же не за горами ЧМ и уже возможность попробовать себя в роли хоста для наших иностранных гостей. Тем более, совсем недавно я переехала и теперь живу по соседству с достраивающейся Самара-Ареной. Уже сейчас я разрабатываю маршруты по городу, в которых пытаюсь охватить максимум интересных мест.

Расскажу нашим гостям о Самаре, достопримечательностях и особенностях русской культуры. Очень надеюсь, что во время чемпионата наш город обеспечит комфортную среду для всех туристов, а мы, самарцы, внесем свой вклад в это нелегкоено по истине необходимое для всех.

Решать, кого принять, я буду по общению и отзывам, как обычно. Предпочтение будет у тех, у кого заполнен профиль, кто уже принимал гостей или оставался у кого-то сам и имеет положительные отзывы. В Индии меня принимали очень тепло Денис: Я зарегистрировался на сайте в году. Сделал это и забыл.

Чаны-инфо № 22 (67)

Первый раз захостил от англ. Он остановился у меня на две ночи. У много путешествующих людей накапливаются всякие интересные истории, они готовы ими делиться. Еще их отличает вне рамочное мышление.

После этого еще несколько раз вписывал людей из России, которые были в Самаре проездом. Осенью было несколько заявок от ребят из Польши и Казахстана, но меня в городе не было, так что опыта с иностранцами пока. Да они и не часто приезжаю в Самару. Сам тоже использую этот сайт для путешествий. Недавно вернулся из Индии, останавливался там у трех хостов - все люди разные и все интересные. Такой способ путешествовать имеет много плюсов: И так же хост может показать тебе очень локальные места, о которых знают только местные - их не найдёшь в путеводителе.

На чемпионат мира планирую принимать гостей. Сейчас у меня подтвержденная заявка от мужчины из Колумбии, который приедет ко мне на пару дней в июне. Думаю, что ближе к маю заявок будет. Я живу я в однокомнатной квартире, но достаточно просторной и свободно могу вписать человека.